Sewol
22 April
До начала войны я хотела писать автофикшен о моём отце.

Со стороны казалось, конечно, что у нас образцовая семья, родители врачи, дочки отличницы… Но в моих воспоминаниях какое-то бесконечное мрачное месиво.
Сейчас стояла в душе, и через затонированную дверцу испугалась собственной футболки, потому что чётко показалось - он. Хоть отец и умер 10 лет назад, пришлось себя уговаривать, что я уже взрослая, он давно в могиле, и я вообще в другой стране нахожусь. Аж мурашки по коже.

Мне конечно всё ещё есть, что о нём рассказать, но никакого значения это больше не имеет. Не уверена, что стоит на это тратить время.

Немножко денег отправила в Украину. Не куплю себе чего-то из тех вещей, которые не влезли в чемодан.
Каждый день жду хороших новостей, и каждый день всё хуже и хуже. Сначала Буча, потом братская могила в Мариуполе. Кто эти люди, творящие такие зверства? Просто не верится.

У меня ужасный диссонанс возникает, что вместе с этим я живу свою жизнь с глупыми бытовыми проблемами, это так сюрреалистично. Как можно готовить ужин, пока русские солдаты насилуют женщин? Но если я перестану существовать и с острым психозом поеду в больницу, пользы от меня ещё меньше будет.

Попытаюсь завтра поработать немного со своими иллюстрациями - надеюсь, сдвинусь с места хоть немного.
1